Следы эротоманок в литературе
... отличалась странностями, которые с годами перешли в помешательство: временами она воображала себя королевой Богемии.
(о жене Лоренса Стерна)
Мечтала она о том, что Вокульский продал свой магазин и купил большое имение, однако остался во главе торгового общества, приносящего огромные прибыли. Вся аристократия принимает его у себя, а она, панна Изабелла, сделала его своим наперсником. Он умножил их состояние, и поднял его до прежнего великолепия; он исполнял все ее прихоти; он рисковал собою всякий раз, когда требовалось. Наконец, он же нашел ей супруга, соответствующего величию дома Ленцких.
Все это он делала потому, что любил ее идеальной любовью, любил больше собственной жизни. И чувствовал себя совершенно счастливым, когда она дарила его улыбкой или ласковым взглядом или же, в награду за какую-нибудь исключительную заслугу, сердечно пожимала ему руку. Когда же господь послал ей детей, он подыскивал им гувернанток и учителей, увеличивал их состояние, и, наконец, когда она умерла (в этом месте слезы навернулись на прекрасные глаза панны Изабеллы), он застрелился на ее могиле... Нет, из деликатности, которая развилась в нем, благодаря общению с ней, он застрелился не на ее могиле, а на соседней...
Болеслав Прус. Кукла.
О, если бы ты был настоящий! Стала бы тебе подругой. Шептала бы нежно ночами: «Юго, мой Юго, Юго…»
Ночные Снайперы. Юго-2.
In fact, though I loved every moment with him, I could hardly wait to be alone so I could think about it all.
Из книги о прекрасной школьнице.
Девушка мечтала о возлюбленном, которого она когда-нибудь встретит, высоком, красивом молодом человеке, и непременно богатом, владеющем домами и землями.
Шервуд Андерсон. Братья.
- Ну да, черт дери! Принцесса паршивая. Принцесса Воображала.
Джером Сэллиндер. Перед самой войной с эскимосами.
Они мечтают о каких-то чудищах бескорыстия и верности, о рослых светлокудрых Донованах и темноволосых Странствующих рыцарях, почитающих своих дам, как святыню. И тут приходит всякий сброд, вроде нас, грешных, которые сквернословят за завтраком, вытирают перья о рукава сюртуков, пахнут табаком, дрожат перед издателями и отдают на прочтение всему свету сокровенное содержимое их картонок. А ведь они - за редким исключением - так берегут свое богатство! Они по-прежнему тайно цепляются за мечты, которые мы у них отняли, и с таким тактом стараются сохранить хоть что-то из прежних надежд и хоть чего-нибудь добиться от нас.
Герберт Уэллс. Род ди Сорно.
Итак, я придумала влюбленность неизвестно в кого, и теперь думала об этом все время. На что-то втайне надеялась, отчего-то втайне расстраивалась. И, конечно же, закрывала глаза. И, разумеется, видела себя и его ночью у Тауэрского моста - нет, не лучшее место. Пусть в сквере возле Собора. Горели вечерние фонари, так, что серый каменный город становился карамельным. И он, несомненно, водил меня в рестораны возле Темпля, а потом провожал домой на такси-кэбе.
Мисс Фаррингтон. Крещенский вечерок.
Лежа перед барельефом, она мечтала, что и к ней, в этой новой священной пещере, явится бог Марс, что и у нее родятся от божественных объятий близнецы, Ромул и Рем, которые станут основателями Вечного Города. Правда, за это надо было заплатить смертью, погибнуть в мутных водах Тибра, - но разве страшила Марию смерть? Часто Мария засыпала с такими грезами перед барельефом, и во сне ей снился тот же бог Марс, с благородным лицом дивной красоты, и его божественные, обжигающие объятия. И, проснувшись, Мария не знала, было ли то во сне или наяву.
Валерий Брюсов. Рея Сильвия.
- Прости меня, супруг. Я не могу даже вообразить, чтобы кто-то мог ублажать меня более достойно и любяще.
Однако она воображала такого, когда просыпалась рядом с его храпящей тушей или когда в разгар утра поднимала глаза от пергаментной страницы Chanson de geste {Рыцарская поэма (фр.).} с описанием Сида или Роланда, христианских героев в доспехах, которые облегали их худощавые фигуры, точно змеиная кожа, и ее взгляд приветствовал за окном с двумя колонками ее солярия Зунд цвета желчи и тусклую манящую полоску Скона.
Джон Апдайк. Гертруда и Клавдий.
…И она представляла себе, когда она встретит его, раненного, но не опасно, с небольшой повязкой на голове, и она поможет ему раскурить сигарету и слегка улыбнется, а у него не мелькнет и тени догадки о том, что она чувствовала. Она просто будет стараться изо всех сил и наблюдать за ним, в надежде, что и в нем что-то пробудится...
Фриц Лейбер. Большое время.
...И тогда она решила, что должна сама его искать. Ведь это только в сказках Принц находит Принцессу. А она совсем не принцесса, и даже не сидит в башне, которую можно увидеть издалека. Поэтому Девочка стала ходить по улицам, старательно всматриваясь в лица, пытаясь узнать. Она спешно поднималась поутру и зарисовывала то, что видела во сне – ей казалось, что она видела Мальчика там и сможет хотя бы нарисовать его портрет, чтобы понять - кого ищет. Иногда она даже зажигала керосиновую лампу и выходила с ней в жаркий полдень – ведь говорят, что днем с огнем, - самый надежный способ. Люди удивлялись, но прощали ей за ее доброту и не злословили. Но все поиски были напрасны.
И вот, в один из таких безуспешных дней она подумала: «Я ведь точно знаю, что где-то он есть. Я это чувствую. И то, что я его еще не встретила, не может помешать мне любить его уже сейчас».
С того самого дня Девочка начала писать письма Мальчику. Она рассказывала как живет, как скучает без него, и делилась мыслями, которые никто, кроме него не понял бы, да и никому больше они бы не были интересны. Когда ей было грустно, она придумывала что он мог бы ей ответить, и от этих выдуманных ответов ей становилось веселее и намного легче – уж он-то знал ее как никто...
Из ненаписанной сказки.
Ольга лежит на диване, уткнувшись носом в шелковую подушку.
Я плутаю в догадках:
"Что случилось?"
Hаконец, чтобы pассеять катастpофически сгущающийся мpак, pобко пpедлагаю:
- Хотите, я немножко почитаю вам вслух?
Молчание.
- У меня с собой "Сатиpикон" Петpония.
После весьма внушительной паузы:
- Hе желаю. Его геpои - жалкие, pевнивые скоты.
Голос звучит как из чистилища:
- ...они не пpизнают, чтобы у их возлюбленных кто-нибудь дpугой "за пазухой вытиpал pуки".
Ольга вытаскивает из подушки нос. С него слезла пудpа. Кpылья ноздpей поpозовели и слегка пpипухли.
- Вообще, как вы смеете пpедлагать мне слушать Петpония! У него мальчишки "pазыгpывают свои зады в кости".
- Ольга!..
- Что "Ольга"?
- Я только хочу сказать, что pимляне называли Петpония "судьей изящного искусства".
- Вот как!
- Elegantiae...
- Так-так-так!
- ...arbiter.
- Баста! Все поняла: вы шокиpованы тем, что у меня болит живот!
- Живот?..
- Увеpтюpы, котоpые pазыгpываются в моем желудке, выводят вас из себя. Вам пpотивно сидеть pядом со мной. Вы хотели, по всей веpоятности, пpочесть мне то место из "Сатиpикона", где Петpоний pекомендует "не стесняться, если кто-либо имеет надобность... потому, что никто из нас не pодился запечатанным... что нет большей муки, чем удеpживаться... что этого одного не может запpетить сам Юпитеp...". Так я вас поняла?
Я хватаюсь за голову.
- Имейте в виду, что вы ошиблись, - у меня запоp!
Анатолий Мариенгоф. Циники.